Гунарс Игаунис: ”Вряд ли ребенок будет гордиться тем, что его отец работает контрабандистом”

db.lv

Талантливый латгальский музыкант и мастер музыкальных инструментов из Гайгалавской волости известен не только в Латвии, но и за ее пределами. В своей профессиональной деятельности добился хороших успехов и заслужил восторг и овации слушателей. Чем занимается этот талантливый музыкант, став депутатом 11 Сейма от ПРЗ? Как проходит его рабочий день и чего он добился на политическом поле? - обо всем по порядку в интервью порталу D-fakti.lv.

- Данная вами клятва депутата прозвучала с трибуны на латгальском языке - одни назвали это трюком по привлечению внимания, другие - смелостью. Что скажете Вы?

- Я хотел бы акцентировать внимание на том, что латгальский язык тоже латышский. На нем издавна разговаривали предки, мои и моих земляков. Несмотря на то, что его неоднократно запрещали и не признавали, он все еще жив. Я ведь являюсь его носителем, его посланником, а желание акцентировать внимание на трудных временах для языка и для людей, говорящих на нем,  - это естественно. Хотелось бы привлечь внимание общественности к тому, что Латгалия является одним из самых обделенных вниманием государства краев Латвии, которому необходимы помощь и поддержка.

Кстати, после этой клятвенной речи я получил множество благодарственных слов. Особенно трогательно было слышать эти слова от седовласых стариков, которые были рады, что наконец-то, как во времена первой республики, они услышали свой язык с трибуны Сейма.

- На протяжении долгого времени между Даугавпилсом и Резекне ощущается неофициальная борьба за статус столицы Латгалии. Что Вы думаете по этому поводу?

- У каждого города есть свой стиль, своя атмосфера, свой „козырь”. Даугавпилс по количеству жителей намного больше, чем Резекне, в нем лучше развита промышленность. В Даугавпилсе создается центр Ротко. Даугавпилс гордится своими многонациональными традициями, культурой. У вас есть свой профессиональный театр. В свою очередь, в Резекне создается концертный зал, который будет одним из современнейших в Балтии. Мы тоже многонациональны, но наше чувство латышскости сильнее. О Даугавпилсе в Латвии сложились определенные стереотипы. Однако в Даугавпилсе многое делается в области культуры, причем на реально высоком уровне. Я вообще считаю, что, как в Даугавпилсе, так и в Резекне, да и во всей Латгалии в общем, делается множество важных вещей. Присвоение статуса столицы края не решит проблемы в регионе, поэтому не стоит тратить силы и энергию на доказательство того, что не является существенным.

- Как депутат Сейма Вы выступили с трибуны всего два раза. Вряд ли это поднимет ваш рейтинг в глазах избирателей. Вам нечего сказать или не считаете это нужным?

- Даже не думал, что так оценивается работа депутата. Меня учили, что судить о человеке нужно по проделанной им работе, а не по тому, сколько раз он выступил с трибуны Сейма.

Я работаю в комиссиях по социальным и трудовым делам и мандатов и этики. За это время в Комиссии по социальным и рабочим делам приняли новый Закон занятости, который с 1 января текущего года вступил в силу. Также с 1 января вступили в силу частично улучшенные законы о гарантированном прожиточном минимуме и преждевременном выходе на пенсию.

В свою очередь, работа в Комиссии по мандатам и этики связана с рассмотрением депутатских жалоб и заявлений, а также с оценкой поведения депутатов. Раскрывать подробности этой работы не хотелось бы по этическим соображениям.

Большая часть моей работы - встречи с избирателями в Риге и Латгалии. Я активно заступаюсь за маленькие сельские школы, актуализирую эту проблему, так как хорошо понимаю, что школа в сельской местности является источником жизни. Нам удалось на эту проблему обратить внимание министра образования Роберта Килиса, который предложил с предельной внимательностью оценить каждую школу и найти дополнительные решения для их сохранения.

Всем понятно, что небольшое количество детей это временная проблема. Школам необходимо не только выдержать это время, но и, по возможности, каждой школе максимально измениться. Есть множество примеров, когда школы находили частичное решение проблем: школы, где созданы общественные организации, могут в своем и близлежащих поселках проводить обучающие курсы для безработных. А это означает, что бюджеты этих школ пополняются арендной платой за помещения, местные жители экономят время и средства на транспортные расходы, растет престиж школы, а местные учителя могут получать доплаты к окладам.

Чтобы возродиться и измениться, как молодым, так и старым нужны знания. Все начинается в голове. Я думаю, что в любом поселке найдется много желающих получить знания иностранных языков, компьютерной грамотности, приобрести умения написания проектов и бизнес-планов.

Как я уже сказал, все начинается в голове и только от нас, учителей и родителей, зависит, кого мы воспитаем в семье - слуг или хозяев. Учим их иностранному языку с мыслями, что в Англии будет хороший работник или что, открыв свое предприятие, смогут лучше продать свой товар. Разница ведь есть... Сейчас создана как никогда благоприятная среда для открытия своего дела. Необходимо всего лишь поинтересоваться этим вопросом в Государственном агентстве занятости. За европейские средства каждому заинтересованному будут назначены как консультант, так и составитель бизнес-плана, свой бухгалтер и т.д.

- Вы в курсе дела, чем занимается министерство культуры в созданной латгальской группе?

- Я в состав этой группы не вхожу, но хотел бы похвалить работу своей коллеги Инесе Лайзане, так как знаю, что благодаря ее активности состоялась встреча представителей Латгальского региона планирования с министром финансов Вилксом, на которой состоялось обсуждение и оценка критериев распределения и расходования средств структурных фондов Европейского союза.

- Как Вы оцениваете акции протеста „легальных контрабандистов” в Резекне? Они ведь являются вашими отчаявшимися земляками, которые хотят сохранить для себя хоть какой-то ничтожный источник существования. Что бы Вы им посоветовали?

- У этой ситуации две стороны. С одной - их по-человечески жалко, это было их  вот такой работой. С другой, любому думающему человеку уже давно  

понятно, что вечно продолжаться так не могло. Покажите хотя бы одно государство, где контрабанда была бы поддержана, где страна ничего не делала бы для того, чтобы магазинчики приграничной зоны не исчезали, а заправочные станции из-за отсутствия сбыта не закрывались. Где 30-40-летние мужики, вместо того, чтобы заниматься производством, созданием туристических объектов, сельским хозяйством или тем, чем их дети могли бы гордиться в школе, оформляют статус безработных, получают гарантированный прожиточный минимум и „работают контрабандистами”, фактически обкрадывая государство. В то же самое время мы хотим улучшений в школах, больницах, хотим новых волостных дорог и т.д. Откуда возьмутся деньги на содержание государственных структур хотя бы в этой же приграничной волости? В этом случае я их не понимаю. Это то же самое, что официально разрешить полицейским раз в неделю брать взятки, оправдывая это их маленькой зарплатой. Не понимаю, почему им должно быть разрешено заниматься торговлей, не платя налогов?

- Что с музыкой? Есть на нее время?

- Надо сказать, что времени на музыку остается очень мало. Я больше не являюсь руководителем фольклорного ансамбля „Dziga”, однако стараюсь держать руку на пульсе музыки и быть в курсе происходящего. Иногда музицирую с семьей. Мастерскую музыкальных инструментов переняла моя жена, а я как могу ей помогаю.

Лидия Солдане, D-fakti.lv