18 сентября

Именины:
Алита, Элита, Лиесма / Глеб, Давид, Денис

Гороскоп на день

Стрелец
23 ноября
- 21 декабря

Сегодня вам должен представиться на редкость удобный случай, чтобы восстановить когда-то сданные позиции. Не упустите его, следующий может представиться нескоро.

среда
Ночь
6 .. 8 C
Утро
7 .. 9 C
День
12 .. 14 C
Вечер
8 .. 10 C
Ветер
3 .. 5 м/с

Источник: gismeteo.ru

Опрос

Самая актуальная проблема на сегодня в Даугавпилсе

 

 

 

Популярные статьи

Расписание движения транспорта в Даугавпилсе

Автобусы и трамваи

Время отправки транспорта нужно знать, чтобы успеть вовремя! {175}

 

Новости История | 11 августа 2011 | 16:50

Путь в Сибирь: жизнь в селе Пивкино

nnm.ru

Во второй половине дня 21 июля 1941 года несколько даугавпилсских семей: Тройбы, Слуцкеры, Цал, наша семья и еще несколько семей из других мест, погрузились на автомашину, которая повезла нас в село Пивкино.

Дорога была размытая от дождя, вся в ухабах, до села мы добрались только к вечеру. Всех сначала разместили в колхозном правлении, а к ночи развезли по домам колхозников.

Пивкино оказалось большим селом, расположенным между двумя озерами, с населением более 3 тысяч человек. Село когда-то богатое, со своим кирпичным заводом, с железнодорожной веткой в 6 км от полустанка Пивкино на транссибирской железной дороге. Много каменных жилых домов, школа, правление колхоза, магазины, здание бывшей церкви, превращенное в продуктовый склад, МТС и разные мастерские.

Село почти наполовину пустовало, часть населения была раскулачена и выселена в глубь Сибири. У нашей хозяйки часть семьи тоже была раскулачена. Несколько дней нам дали на устройство и отдых. Мои болезни не прошли – зубы, дизентерия. В селе врача не было, был только фельдшер, который дал нам направление в поликлинику в город Челябинск. Отец мечтал устроиться на работу по своей специальности, попробовал добиться этого в Челябинске.

Вечером 22 июля колхоз дал нам телегу-плетенку в виде корзины, на которой колхозный сторож отвез нас на полустанок Пивкино, ночным поездом мы добрались до Челябинска.
В город мы приехали на рассвете, еле разобрались со временем, оказалось, железная дорога жила по московскому времени, а область – по своему, отличающемуся на два часа, а мы о таких вещах в Латвии и не знали.

Трамвай еще не шел, и мы пошли в центр города пешком, добрались до поликлиники, она оказалась для взрослых, пошли через центр в детскую поликлинику. В Челябинске я впервые ездил на трамвае.

Центр показался нам очень современным, красивым: улица Спартака с 8-этажными домами, таких я раньше не видел; улица Цвилинга с драматическим театром. Красивая центральная улица Кирова с большим почтамтом, улица заасфальтирована, освещение на столбах – круглые лампы. Так мы дошли до реки Миасс, где за мостом находилась детская поликлиника.

В поликлинике мне подлечили зубы, дали лекарства от дизентерии. Накупили сушки-баранки, сухарей не оказалось, карточной системы еще не было.

По вопросу устройства на работу отец ничего утешительного не узнал. Ночным поездом мы вернулись на рассвете на полустанок Пивкино, а оттуда пешком в село, сопровождаемые роем комаров. Наконец подобрали себе жилье в длинном каменном одноэтажном многоквартирном доме, где уже жили наши даугавпилсские: Слуцкеры, Тройбы, Цал.

Мы поселились в угловой однокомнатной квартире, просторная комната около 30м2 с большой русской печью, по два окна на каждой стороне, с большой прихожей для складирования топлива. На углу дома росла огромная старая осина, тяжелые листья ее по ночам все время шумели, под шелест их трудно было спать.

В колхозе нам выдали кое-какую комнатную мебель: стол, стулья, кровать, скамью, которую использовали для сна. зимой можно было спать на лежанках вокруг печи.

Отец вышел на работу в июле, на уборку хлеба. У Раи обострилось ее заболевание, искривление позвоночника – сколиоз, лечить который начали еще в 1940 году в Риге у профессора Биезиня. Мама добилась разрешения на поездку с ней в Челябинск к врачам, начали заново лечить.

Постепенно многое стало улаживаться. Мы с Раей даже несколько раз с соседскими девочками сходили в лес за ягодами: костяника, клубника. Наше село находилось в окружении лесов: береза, осина, в подлеске рябина, смородина. Ягод много, но все это сопровождалось огромным количеством комаров и москитов.

По возращении папы с Раей из Челябинска я решил вместе с отцом пойти работать в поле. Я вязал снопы, в обед подобрали клубнику, ели с молоком, но, к сожалению, это был наш единственный день работы в колхозе. Назавтра я заболел, позвали фельдшера, оказалось, корь. Заболели мы все по очереди, за мной заболела Рая, потом Фрида. Наша болезнь продолжалась более месяца. Когда мы встали на ноги, вышли на улицу, была уже осень, начались занятия в школе. В школу мы не пошли, были слабы, да и русский язык плохо знали.

Надвигалась суровая сибирская зима, у нас не было теплой одежды, не было топлива на зиму. Отец сходил в Каясан, где жила часть наших даугавпилсских, узнать, можно ли там обосноваться? Вечером отец вернулся, возможности устроиться там не было, но он узнал, что многие уезжают на юг, в Ташкент, а в Челябинске выдают билеты туда на поезда. Посоветовавшись, мы решили, что надо перебираться на юг, там тепло, да и возможно будет устроиться отцу по специальности. Мы стали готовиться к отъезду на юг.

В субботний день, 18 сентября 1941 года, мы решили, что пора отправляться в путь. После обеда, собрав все нужное, которое мы тащили на себе, мы тронулись в путь. До конца села нас провожал наш даугавпилсский сосед, а мы двинулись в неизвестность.

Стоял солнечный теплый осенний день, до станции Каясан было 12 км. Сначала мы шли бодро, дорога была пустынная, но быстро устали, потом еле тащились. Мы были после болезни, да и Фриде было немногим более четырех лет. По дороге мы прошли только одну деревеньку, состоящую из одних землянок. Уже стало темнеть, когда мы издали увидели Каясан. Недалеко от поселения нас встретил сын Левина, наш друг по Даугавпилсу, он знал, что мы должны прийти. Уехать в Челябинск нам в ту же ночь не удалось, нас устроили на ночь в общежитии элеватора.

Назавтра отец сходил в парикмахерскую, где познакомился с парикмахером, галицинским евреем, говорящим на странном диалекте идиш, который решил поехать с нами на юг. Он доехал с нами до Шарихана, но потом уехал в Андижан.

Только в ночь на 19-е сентября мы добрались до Челябинска на добавочном поезде. Здесь отец получил разрешение на поездку в Ташкент.

Все упиралось в железнодорожные билеты, пришлось ожидать. Днем мы с отцом сходили на рынок в город, удалось еще раз посмотреть Челябинск.

Наконец, 21 сентября мы из Челябинска с востока от Уральского хребта двинулись на юг в сторону Чкалова. Мы покидали Сибирь.
 

Гесель Маймин, D-fakti.lv

Добавить комментарий