Олег Емашов: «Беженцев из Африки не интересует Латвия»

D-fakti.lv

Как уже сообщалось, 9 мая вступил в должность новый начальник Даугавпилсского управления Государственной пограничной охраны полковник-лейтенант Олег Емашов. Об учебе в Голицыно, престиже профессии пограничника и ожидаемых в самое ближайшее время африканцах-беженцах – в интервью новостному порталу D-fakti.lv.

- Почему вы выбрали именно эту профессию? Романтика советских фильмов как-то на вас повлияла?

- Безусловно. У меня в детстве была немецкая овчарка, я с ней занимался, даже хотел пойти вместе с собакой служить в армию на границу. Закончил школу в Риге, потом год поработал на заводе и в 1989 году поступил в Высшее военное пограничное училище в Голицыно. Это недалеко от Москвы. Высших пограничных учебных заведений в бывшем СССР было только три. Окончил его в 1993 году, вернулся в Латвию и начал службу.

- Вы учились в сложное время. Латвия обрела независимость, у вас не возникли в связи с этим проблемы?

- Учеба проходила стабильно. Было предложение где-то в середине учебы вернуться в Латвию, но я его отверг, завершил образование, а вот потом написал рапорт, отказался от российского звания лейтенанта и принял решение служить на родине.

- Получается, вы большой патриот?

- Я просто принял такое решение. В августе 1993 года начал работу в Резекненском пограничном учебном центре, потом служил в Рижском управлении. Дальше была Валмиера, там я в течение 9 лет был заместителем начальника управления. Потом меня перевели в Лудзенское управление, где я выполнял обязанности заместителя начальника по пограничным и иммиграционным вопросам. И вот теперь – Даугавпилс. Хочу отметить, что череда и интенсивность событий в Валмиере и Лудзе очень разные. На эстонской границе спокойнее, чем на российской.

- Еще бы. Так вы совсем не знаете Даугавпилса?

- Я сейчас знакомлюсь с городом. Вижу, что идет строительство, ведутся ремонтные работы. Главная улица города производит приятное впечатление. Семья пока находится в Валмиере, жена тоже служит в погранохране, сын и дочь учатся в гимназии. Не стоит их дергать, пусть заканчивают учебный год в своей школе.

- Хотите, чтобы дети продолжили ваше дело? Тем более жена также работает на границе…

- Дети будут решать сами. Пока я не вижу с их стороны большого интереса к пограничной службе. Дочь вот народными танцами увлекается…

- Олег, давайте от личного перейдем к служебным вопросам. Что надо решать в первую очередь?

- Главные задачи нашей службы – охрана границ страны, иммиграционный контроль и пресечение незаконного ввоза запрещенных товаров совместно с таможенными органами. Совсем скоро, 23 мая, Даугавпилс начнет прием беженцев, к нам переведут тех, кто сейчас находится в Олайне. Это около двух десятков человек, в основном выходцы из Африки (Конго, Того, Ганы). Их не интересует Латвия, они жертвы африканских межплеменных конфликтов и хотят перебраться в свои общины в Бельгии, Франции, Италии. Они разговаривают друг с другом на своих диалектах и по-французски, по-английски говорят слабо…

- Наших жителей они волнуют куда меньше, чем регулярный и мощный поток нелегальных сигарет. Как боретесь с ним?

- Сигареты – местный незаконный приграничный бизнес, с этим нельзя не считаться. Мы боремся. Почти ежедневно задерживаем нелегальные партии. Например, из последнего – ночью 17 мая сотрудники пограничного отдела в Пиедруе при помощи специальных средств ночного наблюдения задержали плот, на котором находилось 14 ящиков сигарет. Сигареты прячут везде – двойные крыши и полы в машинах, двойные стены в фурах. Зимой пограничники ловили снежные мотоциклы, сзади снабженные санями с сигаретами. Часто для незаконного ввоза используют локомотивы грузовых поездов, в одном локомотиве можно спрятать до 30 ящиков сигарет. К сожалению, не предвидится уменьшения этого потока: ведь с 1 июля в Латвии снова вырастут акцизы на табачные изделия. Будем бороться дальше.

- Часто ли задерживаете угнанные автомобили? И как обстоят дела с наркотиками?

- Бывают случаи задержки угнанных машин с поддельными номерами шасси. Наркотические вещества попадаются в малых количествах, это международные автобусы, морские порты, где наши сотрудники при помощи служебных собак констатировали случаи ввоза наркотиков и задерживали пассажиров с наркотическими веществами. Иногда достаточно просто понаблюдать за пассажиром, заметить его нервозность, и даже собака не нужна.

- Ну да, пограничник – это ведь психолог в какой-то мере. В вашей 18-летней практике были нестандартные случаи? Чтобы не просто сигареты в тайниках, а что-то экзотическое…

- Когда служил в Риге, запомнилось проведение пограничного контроля на корабле, который стоял на рейде и не заходил в порт. То есть пограничник чувствовал себя практически в открытом море. И круизные корабли проверять тоже было необычно: 1500 пассажиров, все торопятся на экскурсии, надо действовать очень четко и быстро.

- Современный пограничник – это обеспеченный по латвийским меркам человек?

- Всеобщий кризис в нашей сфере отсеял временных, остались лишь самые стойкие. Как и у всех госслужащих, у нас уменьшились зарплаты. Инспектор получает на руки в среднем около 300 латов. Это стабильный доход, есть еще и социальные гарантии. Полный выход на пенсию возможен с 50 лет.

Служба в пограничной охране привлекает женщин, их сейчас около 45 процентов. Женщины иногда лучше мужчин чувствуют престиж и стабильность профессии.

В конце нашего разговора я просто хочу сказать, что мы всегда готовы информировать жителей о приграничных правилах и очень надеемся на диалог со всеми заинтересованными лицами.
 

Людмила Вессель, D-fakti.lv